Поводом для этого размышления стал диалог с опытной медсестрой. Узнав, что я перенесла атипичную пневмонию, она уверенно заявила, что у меня был COVID-19, а врачи просто не имели права ставить такой диагноз. Эта беседа переросла в дискуссию, в ходе которой каждая новая реплика моей собеседницы вызывала всё больше вопросов к её профессиональным знаниям.
Пять спорных тезисов в диалоге с медиком
1. О природе пневмонии. Медсестра утверждала, что пневмония может развиться исключительно как осложнение после недолеченного бронхита. Я пыталась объяснить, что инфекционная (атипичная) пневмония — это самостоятельное заболевание, вызванное специфическими возбудителями, но мой аргумент был проигнорирован.
2. О сроках лечения. По словам Л., с пневмонией не держат в стационаре месяц, стандартный курс — 10 дней. Я возразила, что она, вероятно, имеет в виду обычную внебольничную пневмонию, в то время как я лечилась от тяжелой инфекционной формы. Интересно, что мои знакомые с диагнозом COVID-19 действительно провели в инфекционном отделении около 10 дней, тогда как пациенты с пневмонией, включая меня, находились в терапевтическом отделении 3–4 недели.
3. Фундаментальная путаница. Самый поразительный момент дискуссии наступил, когда я упомянула, что коронавирус имеет вирусную природу, а меня лечили антибиотиками, которые эффективны против бактерий. В ответ прозвучало, что вирусы и бактерии — это, по сути, одно и то же. Возник закономерный вопрос: кто же здесь прогуливал уроки биологии — я в школе или моя собеседница в медицинском училище?
Обратите внимание: Челябинский медбрат транслирует борьбу с ковидом в TikTok.
Для тех, кто хочет освежить в памяти принципиальную разницу между вирусами и бактериями, рекомендую обратиться к специализированным источникам. Только тогда станет понятна вся глубина моего изумления.
4. Заблуждение об антителах. Далее последовал совет сдать анализ на антитела. Л. уверяла, что если их не обнаружат, значит, у меня точно была пневмония, а не ковид. Я попыталась объяснить, что антитела вырабатываются иммунной системой в ответ на любую инфекцию, просто они будут специфичны к конкретному возбудителю. Утверждение же, что «антитела бывают только на коронавирус», звучит абсурдно с медицинской точки зрения.
5. Отрицание анализов. В качестве последнего довода я привела результаты анализа на С-реактивный белок (СРБ), который как раз и указывал на бактериальную, а не вирусную природу моей болезни. Это было объявлено чепухой, а сам анализ — якобы назначенным лишь потому, что у меня проблемы с сердцем, а не для диагностики пневмонии.
О том, что такое СРБ и как его уровень интерпретируют при разных инфекциях, можно прочитать в профильных материалах.
Выводы из неутешительного диалога
Этот спор произошел с человеком, имеющим большой стаж и советское медицинское образование, которое традиционно считается фундаментальным. В итоге каждый остался при своем мнении. Я согласна лишь с тем, что и атипичная пневмония, и COVID-19 стали частью одной глобальной пандемии, тяжело ударившей по человечеству.
Более детально эта тема раскрывается в отдельных статьях.
Цель этой публикации — не оскорбить всех медицинских работников. Многие из них совершают настоящий подвиг, работая на износ. Однако на прямой вопрос о том, почему при разных диагнозах часто назначают схожее лечение, одна из врачей в больнице честно призналась: «Инфекция новая, универсального протокола нет. Действуем эмпирически. Если помогло одному, пробуем на других».
Но это, как говорится, уже совсем другая история, о которой также можно почитать.
Больше интересных статей здесь: Медицина.
Источник статьи: Насколько компетентны медики на фоне ковид?.
