Перед вами — избранные главы из повести-мелодрамы «Шестьдесят мгновений фельдшера Веснина». К сожалению, прототип главного героя уже ушел из жизни, но его истории продолжают жить.
Мгновение второе
Домашние неурядицы
Моя супруга словно сорвалась с цепи. Она внезапно уволилась с работы, и я до сих пор не понимаю истинных причин. Говорит, что хочет побыть «на свободе». Теперь ее бывшая сменщица Вика практически поселилась у нас. Она вездесуща, как навязчивая идея, лезет во все дела. Они постоянно о чем-то шепчутся, а при моем появлении замолкают, будто заговорщики. С меня хватит — завтра выставлю эту Вику за дверь.
Вечером, когда я был на Центре, пополняя запасы препаратов, позвонила жена.
— Коль, я к Вике ночевать поехала. Завтра купи себе пельменей. Я вернусь к десяти, что-нибудь приготовлю.
— Анечка, — отвечаю я, — а завтра у меня суточная смена! Ты целыми днями дома, с Викой, и даже поесть приготовить не можешь! А теперь еще и на ночь глядя куда-то поехала! Оставайся там!
Я бросил трубку. Рука дрожала от злости. Она не перезвонила.
Ночная рутина: вызовы и пациенты
Поступил вызов: «болит живот» на улице Ковалевской. Ну что ж, стандартный повод. Отвезу в больницу — и дело с концом.
Дверь открыла дородная, решительного вида женщина — жена пациента. Она встретила меня неожиданно агрессивно:
— Он в той комнате, страдает, падла! А вам больше не к кому ездить, кроме как к алкашам! Нормальные люди «Скорую» дождаться не могут!
Пациент, крепкий мужчина с седеющими волосами, лежал на кровати и действительно мучился от боли.
— Командир, что со мной? Я в отпуск вышел, думал отдохнуть. Купил хорошей водки, а удовольствия — ноль! Только тошнит. А теперь живот болит, над пупком, будто обручем сдавило!
После осмотра стало ясно: скорее всего, острый панкреатит — воспаление поджелудочной железы. «Обиделась она на вас», — пояснил я. После ЭКГ, чтобы исключить проблемы с сердцем, мы отправились в больницу. Хирург принял без проволочек.
«Кардиобольная» и другие сложные клиенты
Следующий вызов — головная боль у Александры Васильевны Юшиной, 69 лет. Она известна всем бригадам, вызывает «Скорую» каждый вечер, требуя магнезию. Ее давление было 150/90 при рабочем 140/80. Я предложил таблетку, но она настаивала на уколе. «Я жалобу напишу!» — заявила она. «Моя фамилия Табуреткин. Арчибальд Феофилактович», — парировал я. Ее жалобы уже давно никого не удивляют.
Затем — вызов по поводу эпиприпадка у молодой девушки. На месте оказалось, что у нее эпилептический статус — опасное для жизни состояние с непрекращающимися судорогами. Ввели препарат, судороги прекратились, но сознание не вернулось. К счастью, в неврологическом отделении приняли сразу, без обычных проволочек.
Тяжелый случай и бюрократические игры
Новый вызов: мужчина без сознания на улице. На месте обнаружили сильно пьяного человека с гематомой на голове. Пришлось везти его в больницу для исключения черепно-мозговой травмы, а затем — в вытрезвитель. Салон машины пропитался отвратительным запахом. На Центре диспетчер Лида сначала усомнилась в необходимости мытья. В ответ я вручил ей салфетку, пропитанную «ароматом» из салона. Ее реакция была предсказуемой.
Сразу после этого — вызов к «задыхающейся кардиобольной». Я вбежал в квартиру, нагруженный аппаратурой, и увидел ухоженную даму с безупречным макияжем. «Это я, доктор», — томно сказала она. Боль, по ее словам, прошла после корвалола. ЭКГ была идеальной. Она требовала «что-нибудь успокаивающее», а затем пригрозила жалобой. «Звоните, хоть министру, хоть президенту», — ответил я, собирая свои чемоданы.
Неожиданный инфаркт и финал смены
Ночью, когда я уже начал дремать, поступил вызов: боль в груди у 24-летнего парня. «Какая боль в груди в 24 года?» — подумал я. Но на месте картина была тревожной: давящая боль, отдающая в плечо. ЭКГ показала острый инфаркт миокарда. Невероятно для такого возраста! Оказал помощь, с трудом уговорил лечь на носилки и повез в больницу. Приемный врач, узнав, что диагноз поставил фельдшер, сначала не поверил, но, перепроверив, был вынужден согласиться.
Казалось, смена закончена. Но за 15 минут до ее окончания диспетчер Лида отправила нас на последний вызов — первые роды у 21-летней девушки в отдаленном районе. Мы успешно доставили роженицу в роддом, но переработка составила 43 минуты.
Старший врач сначала отказывалась оформлять переработку, но после моего настойчивого требования согласилась, предупредив, что теперь все будет «строго по закону». Я ответил, что хочу лишь человеческого отношения. «С Лидой я поговорю», — пообещала она, отпуская меня домой после долгой и насыщенной ночи.
P.S. Все имена и фамилии изменены.
Примечание: Вытрезвитель — это пункт оказания помощи гражданам в состоянии сильного алкогольного опьянения. Краниограмма — рентгеновский снимок черепа.
Предыдущая часть здесь
Если публикация вам понравилась, ставьте палец вверх и подписывайтесь!
Больше интересных статей здесь: Медицина.
Источник статьи: Шестьдесят мгновений фельдшера Веснина. Мгновение второе.
