История науки полна примеров, когда сделать открытие оказывается проще, чем убедить мир в его истинности. Особенно трудно бывает переубедить учёных, десятилетиями строивших свою картину мира. Трагическая судьба венгерского врача Игнаца Земмельвейса — один из самых ярких и горьких таких случаев.
Медицина середины XIX века была далека от современных стандартов. Больницы того времени, с их антисанитарией, операциями без обезболивания и пренебрежительным отношением к пациентам, больше напоминали места для умирания, чем для лечения. Особенно ужасающей была ситуация в родильных отделениях. Послеродовая горячка (сепсис) выкашивала каждую десятую, а в периоды эпидемий — до трети всех рожениц, превращая радость материнства в смертельную ловушку.
Загадка двух отделений
В Венской больнице, где начал свою карьеру молодой ассистент Земмельвейс, родильное отделение было разделено на две клиники. В первой работали исключительно акушерки и студентки, а во второй — врачи и студенты-медики, которые также проводили вскрытия в патологоанатомическом отделении. Парадокс заключался в том, что смертность в «акушерском» отделении была в разы ниже, чем в «врачебном». Этот факт не давал покоя Земмельвейсу, в то время как именитые профессора списывали разницу на «миазмы» (ядовитые испарения воздуха) или влияние погоды.
Земмельвейс, в отличие от коллег, не удовлетворился общими объяснениями. Он начал собственное расследование, тщательно анализируя данные и пытаясь найти логическую причину катастрофической разницы в показателях.
Трагическая подсказка
Ключ к разгадке пришёл со смертью коллеги Земмельвейса, патологоанатома Якоба Колетчки. Тот случайно порезался скальпелем во время вскрытия женщины, умершей от родильной горячки. Симптомы болезни и картина вскрытия Колетчки оказались идентичны тем, что наблюдались у рожениц. Это натолкнуло Земмельвейса на гениальную и одновременно ужасающую догадку: врачи сами переносят заразу с трупов в родильные залы.
Революция, умещающаяся в тазу с водой
Ответ был очевиден и лежал на поверхности — в буквальном смысле. Врачи того времени практически не мыли руки, переходя от вскрытий к осмотру пациенток. Руки могли лишь ополоснуть или вытереть тряпкой. Земмельвейс предположил, что «трупные частицы» с рук медиков и становятся причиной заражения.
Он ввёл обязательное правило: перед входом в родильное отделение все должны были мыть руки в растворе хлорной извести — эффективном, по тем временам, дезинфектанте. Результат превзошёл все ожидания: всего за полгода смертность в его отделении упала с 12% до 3%, а вскоре — почти до 1%. Это было триумфом, спасшим сотни жизней.
Однако триумф обернулся личной трагедией. Медицинское сообщество во главе с руководителем клиники, профессором Кляйном, восприняло открытие как личное оскорбление и обвинение в профессиональной некомпетентности. Признать простоту и истинность открытия означало признать, что годами они сами были убийцами своих пациенток. Началась кампания травли.
Цена истины: от изгнания до забвения
Земмельвейса уволили из больницы, его метод отменили. Он был вынужден уехать в Будапешт, где работал в больнице для бедных, продолжая настаивать на своей правоте. Он писал письма ведущим врачам Европы, публиковал работы, но встречал лишь насмешки, обвинения в шарлатанстве и полное неприятие. Система защищала свою репутацию, жертвуя истиной и жизнями.
Длительная борьба с системой, несправедливость и осознание того, что из-за упрямства коллег продолжают гибнуть женщины, подорвали психическое здоровье учёного. Игнац Земмельвейс закончил свои дни в психиатрической лечебнице.
Ирония судьбы в том, что всего через несколько лет после его смерти работы Луи Пастера и Джозефа Листера окончательно доказали теорию микробного происхождения инфекций. Правота Земмельвейса была признана, а антисептика стала краеугольным камнем медицины. Ему посмертно присвоили титул «спасителя матерей», установили памятники. Его имя стало нарицательным для описания ситуации, когда научное сообщество отвергает очевидную истину из-за косности и нежелания менять устоявшиеся взгляды — этот феномен теперь известен как «рефлекс Земмельвейса».
Обратите внимание: Лимон и чеснок против гриппа.
Больше интересных статей здесь: Медицина.
Источник статьи: История этого врача заслуживает отдельного внимания - Земмельвейс сделал невероятное открытие, но все медики Европы ополчились против него.
